+Lupa+
Эгоистичная веселая сволочь. (с)К. // Все думают, что я - циничная прожженная стерва, а я - наивный трепетный идеалист. (с)Соломатина
Название: О, сестренка
Начитка: +Lupa+
Переводчик: +Lupa+
Бета: Bianca Neve
Оригинал: thecarlysutra – “Oh, Little Sister”, разрешение получено
Форма: начитка
Размер: драббл, оригинал 938 слов, перевод 841 слово, продолжительность 6.29
Пейринг/Персонажи: Фейт/Баффи
Категория: фемслэш
Жанр: ангст
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание: «И день продолжает напоминать мне, что у меня на хвосте адские гончие».
Примечание автора: Написано на 78-й раунд femslash_minis для brutti_ma_buoni, которая хотела Фейт оригинальной Истребительницей, в 3 сезоне или позже, с чемоданным настроением, с мэром Уилкинсом, без Ангела или превращения кого-либо в вампира. Название из песни Тори Амос «Замша», саммари из песни Роберта Джонсона «Адские гончие у меня на хвосте».
Подложка: Tori Amos – “Suede”
Примечание переводчика: фик переведен специально для челленджа




Мы карабкаемся на кладбищенскую ограду, ты и я, Би. Плющ цепляется за наши волосы, кирпичи обдирают нашу кожу. Я слышу, как ты зовешь меня по имени своим тонким детским голоском, и в моем мозгу замыкаются какие-то нейроны, и я вспоминаю первый раз, когда услышала твой голос:
– Будь агрессивной, Б-У-Д-Ь агрессивной!
Когда я впервые увидела тебя – твои завязанные в хвост волосы развевались, короткая юбка взметалась при каждом ударе ногой. И я подумала, что у тебя классные ноги, и в ту ночь, когда я впервые взяла тебя с собой, ты точно так же двинула вампира ногой в челюсть, выбив ее с таким звуком, будто яблоко надкусили. И я, впервые в жизни, испытала гордость за другое человеческое существо.
– Ты должна быть спокойной, – предупреждала меня моя Наблюдательница накануне нашей с тобой встречи – а я не находила себе места от волнения, словно в ночь перед Рождеством, – она не такая тренированная, как ты.
Но у тебя был природный талант, Би, совсем как у меня. Нам не нужны были их правила, их руководство для Истребительниц. Столько правил, и цифр, и всякого дерьма вроде хреновой математики и тому подобного. Если бы я хотела всем этим заниматься, я бы осталась в школе – и ты тоже.
Будь агрессивной, Б-У-Д-Ь агрессивной!
Когда я была маленькой, то умоляла маму о младшей сестренке. Я устала сидеть взаперти одна, день за днем, ночь за ночью. Мне был нужен хоть кто-то. Кто-то, о ком я могла бы заботиться, кто всегда был бы рядом.
– Ты должна быть спокойной, – сказала моя Наблюдательница, но я все еще не отошла от слов, сказанных ею до этого: – Теперь здесь будет еще одна Истребительница.
Однажды, Би, ты спросила меня, каково это – умирать, а я только отмахнулась. Умирать отстойно, чтоб ты знала.
Но оно того стоило, потому что я смогла получить тебя.
Мы карабкаемся на кладбищенскую ограду, ты и я. Под ногтями у нас кровь, и наши ноги зудят от жажды бежать, и наши сердца рвутся из груди. Через ворота было бы легче, никаких содранных коленок или обвившихся вокруг лодыжек стеблей, но нам необходимо выставить что-нибудь – что угодно – между собой и адскими гончими.
– У меня есть для вас задание, – у мэра тот же тон, что был у моей Наблюдательницы – до того как Какистос разорвал ее надвое. Разорвал ее надвое, Би, как будто она была бумажной куклой, а не живым человеком, который дышал, который перевязывал мои раны и пускал переночевать, когда мать выставляла меня за порог. – Мне кое-что нужно для Восхождения.
Да, сэр, босс. Счастливы услужить. Можете положиться на нас.
Сначала мы выпили несколько крепких коктейлей, тех разноцветных, какие ты любишь, с конфетным вкусом, от которых у меня путается в голове. Я помню первый раз, когда привела тебя в этот клуб. Бармен приподнял бровь, когда ты заказала пиво, и ты покраснела. Ты покраснела, Би, словно ты по-прежнему какая-нибудь королева школьного бала, а не убийца, не бритвенно-острое орудие, которое способно охотиться и наказывать. И потом я поцеловала тебя, в первый раз, – всего лишь шоу для бармена, чтобы он забыл попросить у тебя удостоверение, но ты целовала меня в ответ, так жестко и так долго, что у меня закружилась голова еще до того, как я начала пить. И я знаю, что мы пили, и я знаю, что мы танцевали, но вся ночь между этим поцелуем и тем моментом, когда мы прокрались в твою спальню, – сплошной туман, как будто я была пьяна, Би. Я и была пьяна… тобой. Мы забрались на дерево возле твоего окна, стараясь не хихикать слишком громко, стараясь приглушить стук наших ботинок о подоконник. Окно еще было открыто, когда я начала раздевать тебя, от холодного ночного воздуха наша кожа покрылась мурашками. Я подняла тебя на руки и отнесла в постель и чувствовала себя Кларком Гейблом, как всегда хотела, – лихой, и галантной, и словно я, черт возьми, чего-то стою. Как не чувствовала себя со смерти своей Наблюдательницы.
Мы карабкаемся на кладбищенскую ограду, ты и я. Мы слышим, как рычат позади адские гончие: их огромные лапы скребут освященную землю. Они воняют тухлыми яйцами – «Это сера», слышу я голос своей Наблюдательницы, будто шепчущий прямо в ухо, – запах забивает наши ноздри, вызывает тошноту. Наши мышцы горят, наши вдохи все короче и короче, словно воздух становится разреженным, пока мы карабкаемся, словно стена – лестница в небо.
Ты пробыла с нами всего несколько недель, когда пришел Какистос. Я хотела вытащить тебя из школы, но тем вечером у тебя были танцы, и я знала, что для тебя это важно – ты уже показала мне свое платье: белое кружево и густо-розовый шифон. Я думала, что в этом нет большой беды; всего лишь один вампир.
А потом, внезапно, весь мой мир исчез. Все, что у меня осталось, – это ты. И когда явился мэр, что ж, в этом был смысл. Я знаю, ты не хотела идти с ним, но ты бы последовала за мной куда угодно, Би, правда? Ты бы последовала за мной в ад и обратно.
Фишка насчет адских гончих, Би, которую ты бы узнала, если бы мы интересовались руководством для Истребительниц, если бы у нас был настоящий Наблюдатель, а не Уэсли Уиндем-Прайс, фишка с адскими гончими в том, что они преследуют лишь падшие души.
И они преследуют нас обеих, Би. Они преследуют нас обеих.

@темы: Фэм-слэш, Фэйт, Фаффи, Фанфики: проза, Баффи