+Lupa+
Эгоистичная веселая сволочь. (с)К. // Все думают, что я - циничная прожженная стерва, а я - наивный трепетный идеалист. (с)Соломатина
Название: Концерт
Автор: +Lupa+
Бета: Bianca Neve
Размер: мини, 1 179 слов
Пейринг/Персонажи: Джайлз/Спайк, упоминается односторонний Джайлз/Итан Рейн
Категория: слэш
Жанр: ангст
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание: Потрошитель играет со смертью.
Примечание/Предупреждения: начало фика относится к пре-канону; упоминание алкоголя и наркотиков


Это была идея Итана.
Потрошитель не был страстным поклонником панк-рока, но на концерт пойти все же согласился. На сцене бесновалась группа, толпа дергалась и завывала в едином ритме, и Потрошитель чувствовал, как его сердце начинает биться в такт ударным, а по венам словно пробегает электрический ток.
– Держи! – проорал ему в ухо Итан и сунул в руку две таблетки.
Да, всему виной были таблетки.
Иначе бы Потрошитель никогда не сделал бы того, что сделал.
Не засунул бы язык чуть ли не в глотку Итану.
– Мужик, ты рехнулся? – Итан отшатнулся, вытирая рот рукой, и добавил несколько словечек покрепче. – Иди проветрись.
– Да пошел ты! – в сердцах бросил Потрошитель, развернулся и начал пробираться сквозь толпу к выходу.
Его распирало от гнева, но еще сильнее хотелось расстегнуть джинсы и присунуть кому-нибудь. И потому, когда его цапнула за задницу чья-то рука, он даже не стал оглядываться, молча перехватив эту руку за запястье и продолжив шагать к задней двери. Какая, к черту, разница?
В скудном освещении позади клуба Потрошитель едва мог разглядеть своего случайного партнера. Вызывающе белые волосы, скулы, о которые можно затачивать бритву – вот и все. Да он и не собирался тратить время на разглядывание.
Рот незнакомца был жадным и требовательным, но Потрошитель не намерен был отдавать инициативу. Он впитывал привкус сигарет и какого-то дешевого пойла, прижимаясь к случайному любовнику всем телом и не обращая внимания на валяющихся тут же, на асфальте, в собственной рвоте, укурках.
– Любишь пожестче? – прошептал парень и прикусил ему губу.
Медь смыла табак, и ощущение собственной крови завело еще сильнее. Потрошитель застонал и потянулся к тяжелой пряжке на ремне незнакомца.
– Дай-ка я, – парень все же перехватил контроль, и Потрошителю пришлось снова заткнуть ему рот поцелуем.
Он хрипло дышал и не думал, не думал об Итане, пока умелые руки ласкали его сквозь грубую ткань.
– Скажи, кого ты представляешь на моем месте? – выдохнул парень. – Того брюнета, который отшил тебя?
Потрошитель зажмурился.
– Заткнись…
Незнакомец сокрушенно поцокал языком:
– А вот это уже было невежливо, – насмешливо протянул он.
Вместо ответа Потрошитель высвободился, развернул парня и впечатал лицом в стену.
– Посмотрим теперь, кого ты себе представишь на моем месте, – прорычал он.

Когда Джайлз увидел Спайка в первый раз, в школе, он едва сдержал вскрик.
Значительно позднее, в своей квартире, сидя в обнимку с бутылкой скотча, он снова и снова прокручивал в голове увиденную картину.
Прошло двадцать лет, а незнакомец из грязного проулка за клубом ничуть не изменился. Зато теперь Джайлз знал его имя. Уильям Кровавый по прозвищу Спайк. Белые волосы и эти чертовы скулы, которые снились ему по ночам.
Оказывается, в ту ночь он играл со смертью. Поимел ее в буквальном смысле и отделался прокушенной губой. Было бы смешно, если бы не пришедшее с опытом знание: со смертью шутки плохи.
Джайлз сидел в кресле, пил, не пьянея, и думал о том, что если бы Спайк тогда обратил Потрошителя, он мог бы стоять там же, в школьном коридоре, одетый в увешанные булавками узкие джинсы, и ему навечно было бы двадцать пять. Он бы услышал историю об Истребительнице из Нью-Йорка из первых рук, со всеми подробностями, и смеялся над нею, как над удачным анекдотом. Он бы отпустил пару колкостей про Наблюдателя, который был бы у Баффи вместо него, и обязательно прошелся бы насчет очков, твида и непременного чая.
Определенно, везет дуракам.
Еще позже, столкнувшись с Итаном и с ужасом глядя в его безумные глаза, Джайлз возблагодарил всех богов за то, что когда-то у них ничего не случилось, что он выбрался из этой трясины.
Определенно, дуракам везет.

Еще через два года Джайлз стоял в дверном проеме и смотрел на прячущегося под одеялом Спайка, и в его сердце шевелилось странное чувство злобной радости. Да, Спайк не постарел ни на йоту, и это могло бы стать поводом для зависти, если бы не тот факт, что в нагрузку к вечной молодости и огромной силе прилагается вечный голод и необходимость прятаться по темным углам, как мокрице под камнем.
– Ты не кормил меня со вчерашнего вечера, дедуля! – ныл Спайк три дня спустя, сидя прикованным в его ванне. – И «Страсти» уже начались!
– Это я-то дедуля? – фыркнул Джайлз, протягивая ему кружку со свиной кровью и соломинкой для удобства. Протягивая так, чтобы самому Спайку тоже пришлось тянуться – на максимальную длину цепи. – Я не родился в прошлом веке.
– Зато, похоже, родился сразу в твидовом костюме. Или твидовой пеленке. И с чашкой чая в руке.
Джайлз не удержался:
– Ну, хотя бы не застрял в восьмидесятых, неудачная пародия на Билли Айдола.
– Эй, это Билли Айдол неудачная пародия на меня! – возмутился Спайк, едва не выронив из обмотанных цепью рук кружку.
– Как скажешь.
Джайлз повернулся, чтобы уйти.
– Может, все-таки выпустишь меня? Уверен, тебе это так же неудобно, как и мне, – тихо сказал Спайк ему в спину. – У меня в голове чип…
– Который всего лишь не дает тебе убивать, – резко оборвал его Джайлз. – Но навредить человеку можно многими способами.
– А вот это уже было невежливо.
Джайлз так и не рискнул обернуться, чтобы проверить, не ухмыляется ли Спайк – насмешливо и знающе.
Прошло двадцать лет, а он все так и не избавился от наваждения. Ни опыт, ни обретенное равновесие не помогали. И даже сломленный, плененный Спайк все так же заводил его, заставлял искрить электричество в набрякших венах…
На следующий день он не выдержал и освободил Спайка из заточения в ванной.

– Что, вся жизнь пронеслась перед глазами? – издевательски спросил Спайк, закуривая очередную сигарету, пока Джайлз пытался отдышаться и прогнать маячившие перед глазами черные точки. Черт, этот вампир-бугай едва не придушил его. Как же трудно справляться со всем без Баффи. – Чашечка чая, чашечка чая, почти потрахался, чашечка чая…
И у Джайлза лопнуло терпение.
– Скорее уж бутылка виски, бутылка виски, быстрый перепих за клубом с белобрысым панком, бутылка виски, – сквозь зубы процедил он, поднимаясь.
Во взгляде Спайка промелькнуло изумление.
– Ты?..
Джайлз медленно растянул губы в улыбке и сделал шаг вперед, сократив расстояние между ними до полудюйма.
– Любишь пожестче?
Вернувшись с кладбища, Джайлз не стал запирать за собой дверь. Он знал, что Спайк придет, не может не прийти. Потому что, как и он, надеется, что одиночество и горе, поделенное на двоих, перестанет так больно ранить.
Теперь никто из них не спрашивал, кого себе представляет другой. Джайлз и так это знал, а Спайк… а Спайк, видимо, догадывался, что у Джайлза в этом нет нужды. В их отчаянных, дерганых движениях, пожалуй, даже не было страсти. Оба пытались забыть. Оба пытались забыться. Но когда все кончилось, Джайлз лишь острее осознал, что у него больше ничего нет. И сам он никто. Не Наблюдатель и давно уже не Потрошитель, и, как гласит древняя мудрость, в одну реку нельзя войти дважды. Он лежал в опустевшей кровати и думал, что ему больше никогда не приснятся выбеленные волосы.
На следующий день Джайлз улетел в Англию.

Когда Джайлз вернулся, все уже было по-другому. Никто из них не вспоминал о случайной ночи. Жизнь закрутилась тугим узлом, и центром этого узла стала Баффи.
Когда Джайлз вернулся во второй раз, Спайка не было в городе.
В третий раз от прежнего Спайка ничего не осталось.
И, сговариваясь с Вудом убрать его, Джайлз не ощущал ничего, кроме равнодушия.
Но отчего-то, узнав, что Спайк не погиб, Джайлз по уши накачался каким-то дешевым пойлом. А потом долго курил на крыльце дома Баффи, словно пытаясь воскресить в памяти тот давний концерт.
И вкус поцелуев случайного любовника Потрошителя.

@темы: Джайлз, Слэш, Спайк, Фанфики: проза