21:12 

Фанфик: "Ангел на продажу" (G)

Falchka
Пунктуационный маньяк
Название: Ангел на продажу.
Автор: Zirael
Персонаж/Пэйринг: Спайк/Ангел
Рейтинг первой части: G
Статус: в процессе.
Спойлеры: 1 сезон «Ангела», 4 сезон «Баффи»
Отказ от прав: отказываюсь от всего, кроме порядка поставленных слов.

Часть 1. Ангел и сам не знал, как он умудрился попасться на такой примитивный трюк. Видимо, свою роль сыграл и хронический недосып, но все же вампир в последнее время слишком уж привык, что хоть заданий и много, но все они были какими-то мелкими. Стая молодых вампиров, парочка слабеньких призраков, одинокий и дикий лесной демон, неизвестно как очутившийся в мегаполисе – не иначе как сбежавший от одного из любителей экзотики… Особых сложностей эта шушера не доставляла, но, во-первых, мотала нервы и высасывала силы, а во-вторых, отучала Ангела быть осторожным и бдительным. Так что, когда из ответвления впереди выскочил вампир, за которым он шел по канализации уже второй час, и принялся улепетывать по туннелю, Ангел, не задумываясь, кинулся за ним.
И схлопотал по голове. Удар все же оказался не таким сильным, чтобы вырубить вампира окончательно, и, валяясь лицом в грязной жиже, он явственно ощутил бесцеремонный укол в шею. Спустя несколько секунд, когда пол перед глазами поплыл, он с бессильной злостью понял, что его, как неоперившегося вампира, поймали на старый как мир трюк, и непонятно только, почему снотворное для крупного рогатого скота на него действует, ведь у него нет ни пульса, ни кровотечения, ни…
Приходил в себя Ангел медленно – видимо, доза была воистину лошадиной. Еще не разогнав толком расплывающиеся звезды перед глазами, он дернулся – и обнаружил, что весь обмотан цепями, с ног до головы. Вообще-то это как раз было весьма неплохо – куда хуже было бы очнуться горсткой пыли. Пока есть жизнь, есть надежда, философски рассудил Ангел и попытался устроиться поудобнее. Если не убили сразу, значит, хотят помучить. Если хотят помучить, значит, похитили его личности мстительные. Если мстительные, значит, нервные и неустойчивые. Если неустойчивые…
Додумать глубокую мысль Ангел не успел – дверь распахнулась, и из режущего глаза яркого света раздался голос:
– Очухался уже? Давай-давай, поднимайся, – его что-то несильно дернуло. – Поднимайся, говорят тебе, охотников такого кабана на себе таскать нет.
Ангел поднялся на ноги, хоть и с трудом – снотворная дрянь не выветрилась, да и цепи тоже весили прилично. Его снова дернули – теперь он разобрал, что в руках у его охранника было что-то вроде поводка – беззлобно, скорей для порядка, съездили в челюсть и повлекли к выходу. Ангел механически переставлял ноги, щурился на резкий искусственный свет, ощупывал припухшим от лекарственного привкуса языком во рту надломившийся зуб и размышлял, сколько у него шансов, если он попробует сбить своего конвоира с ног. По всему выходило, что шансов немного – то есть сбить-то скорей всего получится, может быть, можно ухитриться даже свернуть шею, а вот дальше… Дальше план обрывался, потому что выпутаться самому из цепей, даже если выйдет нащупать у трупа ключи, займет не меньше пары часов. И каковы шансы, что за это время никто никого не хватится?...
Самым правильным выходило подождать и осмотреться, благо, что глаза у Ангела наконец-то привыкли к свету. Вели его по длинному коридору с массой дверей; вампир потянул воздух носом и решил, что за дверями скрывается что-то вроде тюремных камер, похожих на ту, в какой сидел он сам. Большинство, похоже, сейчас пустовало, но пахло оттуда демонской кровью, страхом и железом. Впрочем, в одной из камер кто-то сидел и сейчас – Ангел попытался принюхаться сильнее, споткнулся и чуть не упал на колени.
- Да иди ты побыстрее, - ругнулся охранник – толстенный демон из городских. Городскими их называли не зря – вышли из леса и сменили ареал обитания они еще в незапамятные времена, кое-кто из них даже хвастался, что его предки жили в Европе еще в рыцарских крепостях. Городских Ангел недолюбливал – да, они всегда знали, что творится в городе и кого где можно найти живым или мертвым, но на сотрудничество шли неохотно и за большие деньги, да и тогда могли солгать, особенно, если речь шла о других демонах…
- Куда ты меня ведешь? – Ангел особо не рассчитывал на внятный ответ; скорей на еще один пострадавший зуб. Но городской демон оглянулся, чуть сбавив ход, и покачал головой:
- Кому-то ты насолил, парень… Прикончил важную шишку?
-Что? – от неожиданности вампир снова чуть не споткнулся.
- Ты же вампир, верно? – Ангел пожал плечами и кивнул. – Наверное, съел кого-то, а родственники решили отыграться…
Ангел закашлялся; демон несильно дернул цепь.
- Уже почти пришли…
Коридор заканчивался большой кованой дверью; будь она деревянной, Ангел решил бы, что ее драли когтями. Из-за двери раздавался негромкий возбужденный шум – как перед началом концерта, когда все ждут не дождутся, когда тяжелый алый занавес разойдется в стороны, и на сцену выйдет главная звезда. Роль супер-стар, очевидно, без всякой нездоровой конкуренции была отдана Ангелу; сложность, однако, была в том, что главный герой в глаза не видел сценария…
- Куда пришли? – Ангел звякнул цепями, запоздало проверяя их на прочность. Затянуты путы были на совесть, ничего не скажешь… Охранник с натугой потянул на себя тяжеленную дверь, и, когда та с надсадным скрипом подалась, обернулся на настороженно замершего вампира.
-На аукцион.
От ужаса Ангел позабыл все свои разумные выкладки и попробовал-таки вырваться. Но момент был упущен – ему без проблем удалось стукнуть демона об полуоткрытую дверь и даже почти свалить с ног, но в самый ответственный момент он все-таки упал, запутавшись в собственных цепях. Стиснув зубы от отчаяния, он стерпел пару ощутимых пинков по ребрам, потом его рывком вздернули на ноги и толкнули в спину:
-А ну пошел!
Ангел закусил губу от боли – видимо, городской все же сильно вышел из себя, раз с одного удара сломал пару ребер… От нового тычка в спину он неловко переставил ноги, застонал, развернулся боком и протиснулся в открытую до половины дверь.
К ним тут же метнулся какой-то худощавый и аляповато раскрашенный под Дракулу демон в длинном черном фраке, быстро ощупал Ангела за плечи и злобно зашипел на охранника:
- Чего так долго?! Уже заждались все, сейчас расходиться начнут!
– Брыкался сильно, - виновато промычал городской; демон-Дракула бросил на него нехороший взгляд и снова повернулся к Ангелу.
-Так и знал… Ты зачем его по роже бил?!
Ангел, которому надоело стоять неодушевленным предметом, тоже зашипел и сменил лицо, решив, что если вертлявый конферансье еще раз его тронет, то сильно об этом пожалеет, и черт с ними, с ребрами. Тот, впрочем, и не пытался, наседая больше на конвоира:
– Ты что, хочешь сам убытки выплачивать?! Ты на него посмотри только – под глазом фингал, челюсть сворочена… И раздеть нельзя небось?!
– Глаз это… это еще до меня было, – неловко оправдывался городской, аккуратно пятясь и стараясь не смотреть в глаза разгневанному начальству в попытке придумать ложь поубедительнее. – И челюсть тоже не я… Я так… он на меня бросился, вот и поучил немного…
-Идиот, - «Дракула» выплюнул оскорбление, как очковая кобра – яд. – Говоришь-говоришь, все без толку…Ладно, я пошел.
Он быстро поправил на плечах чересчур свободный фрак, наморщил лоб и выскользнул через тяжелый самодельный занавес. Городской тяжело вздохнул, подобрал валяющийся на полу конец поводка и замахнулся на Ангела:
– Еще только рыпнешься…. Понавелось тут красавчиков, и пальцем не тронь, ууу….
Ангел снова оскалился… и ахнул от неожиданной боли. Бить по лицу конвоир и впрямь не рискнул, но эффект от хлесткого удара цепью под колено оказался не менее болезненным.
– Убрал клыки, - приказал охранник. Ангел пропустил приказ мимо ушей, слишком занятый пульсирующим от боли коленом. Городской тяжело вздохнул и рванул цепь: – Убрал свою вампирскую рожу, сказано же. Или по второй ноге получишь. Вот так, молодчина… а теперь пошли. Не дергайся, не ори и улыбайся…. Красавчик.
– Уважаемые гости! – голос у «Дракулы» чем-то неуловимо напоминал скрип давешней двери – такой же хриплый и неприятный. – Представляем вам изюминку нашего сегодняшнего вечера, которую вы так ждали и ради которой многие из вас почтили наш скромный клуб своим присутствием! Итак, встречайте…. Невероятно опасный! Невероятно красивый! Невероятно дорогой… ха-ха, во всех смыслах дорогой…. Встречайте лот номер три нашего вечера…. неееезнакомеееец!
Зал взорвался аплодисментами и воплями; чья-то худая рука услужливо откинула кулису, и городской втолкнул хромающего вампира на дощатый пол подиума.
– Вперед… вперед… голову выше, - приговаривал он вполголоса, помогая Ангелу идти так, чтобы его хромота не бросалась в глаза. – Не дергайся… пригнись…
Ангел лихорадочно осматривался. Похоже на какое-то заброшенное здание… или склад. Он знал про такие фокусы – сколько ни давили такие клубы, они все равно лезли, как грибы после дождя. Собирается кучка подонков – чаще всего к таким вещам были причастны, хоть и не напрямую, городские демоны – по барному радио разносятся слухи…Больше одного раза в одном месте аукционы не собирались, и вычислить их, а уж тем более, их организаторов было делом почти безнадежным.
Чего он не мог понять, так это как про такие места узнают денежные мешки, желающие купить клыкастого демона вместо буль-терьера, или вампира вместо телохранителя… И как проданные на это все соглашались. Впрочем, побеседовать с ними после продажи не удавалось никому.
Что ж, похоже, ему предстоит узнать всю эту кухню, так сказать, изнутри.
Железная клетка в центре сцены была тут единственным более-менее новым предметом. Уже подойдя к самому входу, Ангел еще раз оглянулся в тщетном поиске выхода – но его накрыло еще одной волной восхищенных криков.
– Повернись, - буркнул охранник. Ангел неуверенно пошевелился. Щелкнул ключ, и половина цепей свалилась с плеч Ангела.
– И рубашку с него сними! – разобрал он восклицание из общего шума сгрудившейся у подиума толпы, машинально потирая ноющие запястья, и глянул на хмурого демона, который возился с запором клетки, почти с благодарностью. От мысли, что сейчас бы с него могли стянуть рубашку и выставить на обзор шумного сборища полуголым, ему стало нехорошо.
– Вот теперь можешь дергаться, они это любят, - снова звякнул замок; Ангел запоздало ухватился за прутья. – И морду свою вампирью можешь нацепить… Ну, давай, парень. Удачи.
В глубине его вампирской души все больше крепло убеждение, что так крепко ему приходилось влипать редко. Конферансье что-то кричал, – видимо, заново объяснял правила торгов; толпа шумела, свистела и показывала пальцами… Впрочем, самих пальцев Ангел, находящийся в круге прожектора, видеть не мог. Он как мог незаметно качнул на пробу пару прутьев – сделано было на совесть, да и потом, кто бы дал ему методично разламывать клетку под лучами софитов на глазах у сотни людей и демонов? Как ни крути, оставалось одно – дожидаться продажи.
Клетка явно была рассчитана на разных существ и была достаточно вместительной, но все же в полный рост в ней Ангел не умещался. Пару раз зацепившись затылком за прутья, он решил, что играть на радость публике, сотрясая решетку и выкрикивая ругательства клыкастой пастью не будет ни за что. Яркий свет резал глаза, сломанные ребра с завидным постоянством напоминали о себе, от шума вдобавок начала кружиться голова… Если Ангел хотел выбраться отсюда живым, надо было брать себя в руки.
Он осторожно устроился прямо на полу, подобрав под себя ноги и опершись спиной на решетку. Глаза мало-помалу привыкали к прожекторам, и теперь он мог различить среди публики отдельные лица – или морды, это как посмотреть… Людей или вампиров в людском обличье было немного, во всяком случае, в первых рядах.
– Итак, вы знаете, что стартовая цена у нас триста долларов! Но вы же понимаете, что просить столько за этот чудный лот просто смешно! Поэтому…. Ваши предложения, уважаемые гости?
– Пятьсот! – вырвалось из общего шума; Ангелу показалось, что голос вроде бы принадлежал женщине.
– Есть первая цена! – возликовал противный демон и обернулся к клетке. Ангел наградил его мрачным взглядом; тот засиял еще сильнее:
– Посмотрите, посмотрите, сколько в нем скрытой силы и достоинства! Не ошибитесь, принимая его спокойствие за слабость! Есть шестьсот пятьдесят! Я даже не хочу описывать его красоту и силу – вы можете увидеть это сами! Семьсот!
Ангел застонал и уронил голову на руки. В толпе потребовали снизить цену из-за попорченного внешнего вида.
– Да вы что! Раны на его лице говорят сами за себя! – разорялся «Дракула». – Он неутомим везде – и в бою, и в танцах, и в постели! К тому же…
Ангел вздрогнул и вскинул голову, чуть не врезавшись затылком в стальные прутья. Ободренный демон подскочил к клетке опасно близко, тыкая пальцем в сидящего вампира.
– К тому же есть одно несомненное достоинство, которое, я уверен, тут же поднимет цену, – эти раны способны затянуться за считанные часы! Да-да, уважаемые гости, это – вампир!
Он с надеждой глянул на Ангела, видимо, ожидая, что тот продемонстрирует свою вампиристость наглядно; Ангел поерзал спиной по стенке клетки, устраиваясь поудобнее, и насмешливо скривил рот в ухмылке. Мелькнувшую было в голове мысль дать ведущему подобраться поближе к клетке и сцапать его через прутья он с сожалением откинул. Надежды на то, что жизнь тощего демона окажется настолько ценной, что его, Ангела, тут же выпустят, практически не было, а давать повод снова поиграть собой, как боксерской грушей, желания не было никакого.
Тощий демон тем временем, не подозревая об опасности, снова спорил со скептически настроенными покупателями:
– Да, вы никогда не насладитесь созерцанием его совершенного тела в плавках на пляже в солнечный день, ну так и что? Куда более ценным будет его присутствие темной ночью – вы только себе представьте, как он защищает вас от врагов, сопровождает в строгом костюме на вечеринку…. – он прервался и хохотнул: – Пускай он не согреет вам постели, но думаю, вам в ней будет все равно горячо! О-о-о! Девятьсот! Наша цена растет, дамы и господа!
Ангел нервно пошевелился, звякнул ножными кандалами и опять цинично усмехнулся. Кем бы ни оказался его покупатель, в этом случае его явно ждал сюрприз…
Цена между тем росла. Демон во фраке скакал по сцене, как заведенный, в красках расписывая преимущества сидящего в клетке вампира; вышеупомянутый вампир криво ухмылялся и пытался сообразить, почему ни ведущего аукциона, ни богатых покупателей не интересует его согласие на продажу. Нет, то, что закованному в цепи и избитому объекту продажи вряд ли греет самолюбие растущая цена, было понятно и так… Но что будет после продажи? Еще одна клетка? Шантаж? Снова цепи? Ангел снова беспокойно заерзал: если бы это были цепи или клетка, то как можно было заставить его защищать новоявленного хозяина или … или спать с ним?!
Вот теперь Ангелу стало жутковато. Что-то было в этом аукционе неправильное и пугающее, и теперь он вовсе не был уверен, что сбежать после продажи будет легче, чем до нее. Был, правда, еще один шанс – когда его будут выпускать из клетки для передачи хозяину; вампир сглотнул, сменил позу и незаметно попробовал на прочность замок на ножных цепях. Если бы торги продолжались хотя бы еще с полчаса, был бы шанс расшатать какое-нибудь звено так, чтобы оно лопнуло от рывка. Он вскинул голову и прислушался – вроде бы уже полторы тысячи, и выкрики стали реже… Надо было выиграть время.
Ангел закрыл глаза, сосчитал до десяти, сменил лицо и от души рявкнул на оказавшегося в полуметре от клетки «Дракулу». Тот шарахнулся в сторону, не ожидая такой подлости от доселе пассивного узника, толпа взорвалась смехом и аплодисментами, а цена подскочила разом на сто пятьдесят долларов.
Клятое звено было крепче, чем казалось – точно крепче, чем ногти у Ангела. Но сейчас мало что имело значение – нужно было обеспечить себе хотя бы крошечный путь к спасению. Вампир снова соскользнул в человеческое лицо, закрыл глаза и подумал о Корделии – что она будет делать одна, когда Дойл только что погиб?! Мысль о смешном неуклюжем полудемоне придала Ангелу сил, и цепь, наконец, чуть слышно треснула под кровоточащими пальцами.
– Пять сто! – худосочный ведущий уже взмок в своем фраке и заметно охрип. – Пять сто раз, дамы и господа! Пять сто два!! Пять… Пять двести? Пять двести раз! Пять двести два!! Пять двести три!! Уважаемые гости, продано!
Ангел запоздало распахнул глаза и вытянул шею, пытаясь рассмотреть, кто предложил последнюю цену. Напрасный труд – в зале под подиумом шумели, кто облегченно, кто досадливо, и угадать, кто именно стал владельцем, не представлялось возможным. Ну ничего, мрачно подумал Ангел, кто бы ни был богатеньким нуворишем, решившим купить себе личного вампира, он об этом скоро пожалеет. Если, конечно, ему не вернут деньги устроители аукциона.
– Чего встал? Иди, готовь товар… - расслышал Ангел сквозь вяло плещущийся шум и напрягся. Клетка чуть качнулась, потом еще раз; Ангел с опозданием рванулся вперед, откидывая тело от решетки, и не успел. Его бережно придержали за горло, притянули назад, и он не сумел сдержать вскрика, когда под челюсть вонзилась игла.
– Не переживай, парень, доставка у нас бесплатная, - донеслось до гаснущего слуха Ангела, пока он слабо дергал ногами, неизвестно зачем стараясь разорвать подготовленные цепи. Он успел слабо удивиться, отчего городской демон-конвоир решил, что его, Ангела, должна волновать доставка, потом подумал, что должно быть, городской обращался не к нему…
Значит, его купил какой-то парень. Одурманенный зельем Ангел даже не смог как следует ужаснуться тому, что теперь у него есть хозяин. Вдобавок, то ли доза оказалась меньше, чем в прошлый раз, то ли организм Ангела наконец-то вспомнил, что он обслуживает вампира с небьющимся сердцем, то ли просто начал привыкать к снотворному, но вырубиться до конца Ангелу так и не удалось. Его выволокли из клетки, сбили с ног кандалы, потащили куда-то еще – все это время Ангел слышал разговоры вокруг, правда, приглушенные, как из-под толщи воды, и даже кое-что видел. Сфокусировать взгляд, не говоря уже о том, чтобы скосить глаза, было невероятно трудно, так что вампир был вынужден любоваться только тем, что было над головой – потолок, потолок, рука с длинными когтями, морда городского, какой-то пожилой и тощий седой мужик с неприятным взглядом, снова рука….
- Чего он у тебя пялится вверх, как покойник, - недовольно заметил противный голос «Дракулы». Городской что-то буркнул, и широкая рука закрыла Ангелу веки; теперь он видел красноватые пятна, да и то только тогда, когда его проносили под яркими лампами. Шум в ушах усилился, и удерживать на плаву сознание стало еще сложней.
– Кладите его сюда, - услышал он незнакомый голос, видимо, принадлежащий седому хмырю. Почувствовал под спиной твердое и неровное, ощутил теплые – человеческие? – пальцы, ощупывающие его голову, попробовал отвернуться – безнадежно…
– А это вам зачем? – этот голос показался Ангелу смутно знакомым, но тут, наконец, лекарство подействовало окончательно, и красноватые пятна перед глазами сменила густая темнота.

Очнулся Ангел как-то легко, почти сразу придя в полное сознание, и первое, что он почувствовал, была скручивающая голову будто обручем, нудная и дергающая боль. Он разлепил глаза, увидел грязно-белый ободранный потолок, попробовал повернуть голову и тут же зашипел, ненароком зацепившись ухом за подушку. Сразу стала понятна локализация боли – сгоряча Ангел решил, что ухо ему просто отрезали. После ощупывания стало понятно, что хоть само ухо и на месте, но в распухшей, судя по ощущениям, раза в четыре мочке болталось металлическое колечко, все испещренное какими-то крошечными узорчиками, вроде бы одинаковыми. Ангел бережно покрутил его в пальцах, всякий раз морщась от неприятного чувства, когда кольцо скользило в свежей ранке, покрытой засохшей уже кровью, с ходу застежку не нашел и решил пока странный аксессуар оставить в покое.
Вокруг была квартира, похожая на его собственную по размерам – а по общему впечатлению скорей на первое обиталище Корделии, за исключением разве что тараканов. Хозяин квартиры или не имел средств к существованию, или считал уют неоправданной и ненужной роскошью. Окна, впрочем, были тщательно завешены темной и относительно чистой тканью.
Ангел приподнялся на локте, снова скривился от боли, на этот раз в разбитых ребрах, и сел. Диван, на котором он лежал, ничуть не отличался от общего стиля квартиры – то есть был старым, облезлым и продавленным. Легкая пластиковая мебель, явно выброшенная из какого-то кафе за ненадобностью, заляпанный ковер с кричащим арабским орнаментом и на ковре – пухлый телефонный справочник…. Нет, обитатель квартиры отнюдь не был богат – судя по всему, просто таскал то, что плохо лежит или выброшено на помойку.
Но откуда тогда у него деньги на аукционы? И даже если деньги и были, зачем он кинул на ветер пять с лишним тысяч на телохранителя или живую игрушку, если у него даже мебели нормальной нет?!
После многих лет, проведенных на помойке с крысами, больше всего Ангел ценил уют и комфорт, и мало-мальски свободные деньги, то есть любые деньги, остающиеся от покупки крови, всегда тратил на пристойную одежду, мебель и книги. Правда, сейчас его квартира и любовно обставленный офис были слишком далеко, и чтобы вернуться туда, надо было постараться.
Он внимательно осмотрел себя. Та же одежда, что и была на нем во время печально окончившейся вылазки в канализацию, та же обувь; ссадины и синяки на доступных обозрению местах начинают помаленьку затягиваться, цепей и веревок ни на руках, ни на ногах не наблюдается…
Ничего нового или необычного, кроме сережки в ухе; Ангел машинально дотронулся до ноющей мочки и опять скривился.
Из соседней комнаты послышался шум – словно отодвинули стул, – и Ангел моментально насторожился. Видимо, там и находился неведомый любитель аукционов с живым товаром, любезно разрешивший своему новому приобретению прийти в себя в одиночестве. Впрочем, проникаться сочувствием и благодарностью к своему «обладателю» вампир не собирался – кто бы ни стоял сейчас между Ангелом и свободой, ему предстояло испытать на себе все мощь вампирского гнева.
Из комнаты тем временем потянуло сигаретным дымом, и Ангел машинально потянул носом: сигареты были из дешевых и крепких, ему такие не нравились даже в те бездушные времена, когда он еще баловался куревом. И было в этом запахе что-то еще… до боли знакомое и до встающих дыбом волос неприятное.
Особо задумываться над странными ассоциациями Ангел не стал. Из обстановки в комнате на роль оружия почти ничего не годилось, но к такому Ангелу было не привыкать – ему приходилось обходиться и голыми руками. Тем более что ему и надо-то было всего лишь оглушить сидящего в комнате и прорваться к выходу.
Умением ходить бесшумно Ангел по праву гордился, но помочь оно ему могло мало. Несмотря на то, что в полутемной соседней комнате, по размерам и планировке отдаленно смахивавшей на гостиную, находился всего один человек, закинув ноги на стол и меланхолично чередуя банку пива с дымящимся «Кэмелом», сидел он лицом к двери, из которой и выглянул напряженный и готовый к схватке Ангел.
И он, как и Ангел, вовсе не был человеком.
– Очнулся, - констатировал сидящий и одним движением скинул ноги со стола. Позабывший про все свои планы побега Ангел шагнул из дверного проема и даже не удивился, обнаружив, что руки сами собой сжались в кулаки:
– Спайк.
Названный по имени вампир бессовестно проигнорировал все правила этикета и приветствовать Ангела не стал. Впрочем, тому было не до любезностей – раз Спайк тут один, хоть и непонятно, как он тут оказался, значит, купивший его мерзавец куда-то отлучился, а ждать его, как бы ни хотелось Ангелу дружески пообщаться с ним, было бы полнейшей глупостью. Тем более вон она, дверь, в двух шагах почти…
– Спайк, обещаю, я тебе ничего не сделаю, - проглотив злость, заговорил Ангел, убедительности ради выставляя пустые руки перед собой. – Мне надо всего лишь уйти, и не хотелось бы тратить время…
Белобрысый вампир выглядел странно: в ответ на речь мира он сначала фыркнул, потом поднял брови, и наконец, сделал то, чего Ангел от него и ждал, хоть на такое благоразумие со стороны Спайка не надеялся – просто молча отступил в сторону, не переставая, впрочем, гадко улыбаться.
Долго задумываться над таким поведением Ангел не стал. Просто медленно двинулся к вожделенной двери, на всякий случай, не сводя со Спайка глаз и не поворачиваясь к нему спиной; в ситуации общения со Спайком вполне подходили все правила обращения с бешеными собаками. Плохо, конечно, что Спайк опять в городе, значит, приехал взять реванш с прошлого раза, но…
– Не выходи, - проговорил Спайк; Ангел вздрогнул от неожиданности и замер.
– Что тебе?
Вампир нервно свел брови на переносице, выглядя сбитым с толку.
– Ничего. Просто – не выходи.
До выхода оставалось не больше метра, и Ангел протянул было руку, чтобы коснуться дверной ручки и вырваться на свободу, но не смог двинуться с места – словно в ватную стенку уперся. Он дернулся еще и еще раз, напрягая все мускулы, и забыв о том, что Спайк оказался за спиной и вне поля зрения; догадался повернуться он лишь, когда услышал сзади издевательское хихиканье.
– Силенок маловато, а, Ангел? – пропел Спайк, засунув руки в карманы. – Или нет, ох, жалость, – папочка не разрешил!
На самом деле догадка уже лежала на поверхности, но поверить в нее было делом немыслимым. Ангел оставил попытки добраться до двери и кинулся на веселящегося вампира, целясь кулаком в ехидно ухмыляющееся лицо.
– Даже пальцем меня не смей трогать, - быстро крикнул Спайк, вскидывая перед собой руки; Ангел не удержался на ногах, увязнув в невидимой преграде, рухнул на пол и застонал, прижимая руки к вспыхнувшей острой болью груди.
– Будешь послушным мальчиком, и все будет хорошо, - пробормотал над ним чем-то озабоченный Спайк. Ангел скосил глаза вверх и рванулся, стараясь вцепиться в затянутую в черную джинсу ногу. Его снова отбросило назад, будто от гигантского надувного матраса, и приложило головой об пол, не так сильно, чтобы выбить сознание, но достаточно ощутимо, чтобы отбить желание повторять опыт. Он захлебнулся воздухом и закашлялся, не убирая ладони с груди – будто пытаясь удержать треснувшие ребра. Стоящего над ним Спайка он видел словно сквозь скверно отлитое стекло – силуэт все время расплывался и дрожал. Но даже смаргивая с глаз накатившие от боли слезы, он мог разобрать, что вампир, во-первых, был отнюдь не так злораден и счастлив, как можно было бы ожидать от существа, получившего власть над злейшим врагом, а во-вторых, он был чем-то чертовски обеспокоен.
Подниматься с пола Ангел не спешил – не был уверен, что снова не захочет вцепиться мерзавцу в глотку… Так и лежал, уставившись в потолок и скрестив руки на груди; Спайк, так и не дождавшись ответной бурной реакции, отошел и, судя по звукам, снова устроился на стуле и защелкал зажигалкой.
Ангел всегда придерживался концепции: если плохо, стоит просто подождать, вполне возможно, станет лучше. Чаще всего, правда, становилось только хуже, но сейчас другого выбора у него просто не было. Теперь становилось понятно, отчего проданные с проклятого аукциона люди и нелюди соглашались служить своим владельцам – их попросту как-то заставляли, и, похоже, что заставляли при помощи магии. Что там приказал ему Спайк? Не выходить и не дотрагиваться до него; а ведь мог бы так же велеть и перегрызть кому-нибудь глотку, и выпрыгнуть из окна, и вычистить себе ботинки…
Ангела разобрал смех. Он и сам понимал, что выглядит до невозможности по-дурацки, валяясь на полу среди обрывков газет и окурков и хихикая, но в любом случае это было лучше, чем окончательно ронять остатки достоинства, пытаясь раз от раза пробить лбом магическую стенку. К тому же не было похоже, чтобы Спайк хоть сколько-нибудь тревожился о чистоте своей обуви.
Досмеявшись, Ангел с трудом приподнялся на локте и сел. Спайк действительно снова сидел у стола, предусмотрительно развернувшись к Ангелу лицом. Видимо, не особо доверял волшебству, хотя… Ангел не всегда был способен на быструю реакцию, если только она не касалась мордобоя – на летящий в собственную челюсть кулак-то он отвечал моментально; во всем остальном он предпочитал дать себе время подумать.
– Это тебе на нервной почве так смешно? – поинтересовался Спайк, стряхивая пепел прямо на пол; как он тут еще не сгорел с такими привычками…
– Ты бы хотел, чтобы я тут рыдал и умолял тебя отпустить? Не дождешься, – сухо отозвался Ангел, помолчал и задал встречный вопрос: –Ты зачем меня купил?
– Хотел и купил, - мрачно откликнулся вампир, не воспользовавшись случаем позлорадствовать и поиздеваться. Ангел помолчал и спросил снова:
– А откуда у тебя деньги?
– Не твое дело, - так же нелюбезно огрызнурся Спалк. Вот и поговорили…
Ангел снова замолчал и задумался. Насколько он вообще знал Спайка и его образ жизни, о деньгах тот беспокоился мало. Скорей о них беспокоились те, кто находились со Спайком рядом и в более-менее неплохих отношениях, потому что тот постоянно был в долгах, как в шелках, а об отдаче заговаривал крайне редко. При этом оставалось загадкой, куда он их тратил – потому что ходил он зимой и летом в одной и той же одежде, ездил на доисторической развалюхе, за квартиру, само собой, не платил, а пропить на кровь или виски такие суммы было просто немыслимо… Сейчас Ангелу пришла в голову мысль, что он брал деньги в долг, чтобы отдать прошлые долги, но это все равно, откуда у Спайка вдруг взялись пять штук, не объясняло,.
Ангел задумчиво потер зудящее ухо о плечо и тут же зашипел, разом вспомнив, почему ухо вообще вздумало чесаться. Спайк опять-таки не разразился ехидными комментариями, а как-то вяло хмыкнул и потянулся за пивом.
– А это что за побрякушка? – Ангел попробовал дотронуться до кольца. Он и сам уже понимал, отчего вдруг его решили украсить пирсингом, но сейчас ему нужно было как можно больше информации вытянуть из Спайка. Которого обычно было тяжело заткнуть и который в самый нужный момент напрочь отказывался общаться.
– Символ власти, - односложно отозвался Спайк; Ангел порадовался, что хотя бы не выругался и не огрызнулся.
– Какой еще власти?
–Моей власти над тобой, дубина! – раздраженно рявкнул вампир, щелкнул зажигалкой, едва ее не сломав и тут же ехидно погрозив пальцем Ангелу, само собой, вскинувшему руки к уху с твердым намерением если не найти застежку, то просто вырвать кольцо из мочки. – Даже и не пытайся, неудачник. Его могу снять только я…
Ангел упрямо вертел в пальцах треклятую серьгу. Дотронуться до нее он мог легко, прокрутить в мочке – тоже, но, сколько ни старался он сорвать украшение, пальцы соскальзывали будто сами собой. Спайк хмуро наблюдал и никак не комментировал.
–Спайк, давай поговорим серьезно, - Ангел не выдержал и оставил в покое взмолившееся о пощаде ухо – ощущения были непередаваемыми и отнюдь не приятными. – Чего ты хочешь? Я не собираюсь специально за тобой гоняться, ты слишком высокого о себе мнения. Можешь жить спокойно, где тебе только вздумается, только подальше от меня.
– Раньше надо было об этом думать, - процедил Спайк, высасывая из пивной банки последние капли. – Если бы не ты со своей шлюшкой…
Ангел стиснул зубы, но сделал вид, что пропустил оскорбление мимо ушей.
– Если тебе нужны деньги, уверен, мы что-то придумаем. Ну, чтобы вернуть те деньги, которые ты потратил…
– Деньги? – искренне удивился Спайк. – Ты думаешь, что дело в деньгах?
Ангел мрачно подумал, что Спайк, наверное, недавно ограбил банк, не иначе, и попробовал зайти с другой стороны. Ему нужно было расшатать вампира, как недавно – звено в цепях, найти слабое место, воззвать к разуму, хотя какой там разум... Если бы не серьезность ситуации, Ангел бы снова расхохотался.
– Ты же знаешь, меня будут искать, - вкрадчиво заметил он. – Мои друзья будут очень злы, если узнают, что ты снова… причастен к моим проблемам.
– Уже ищут, - хмыкнул вампир. – Уверен, они перевернут весь Лос-Анджелес на ноги, но ты ведь не думаешь, что мы в твоем городе?
Уже хоть что-то.
– Мы в Саннидейле? – быстро спросил Ангел и едва успел уклониться от пролетевшей над головой пивной банки. Такой бурной реакции он не ожидал.
– В гробу я видал твой гребанный Саннидейл! – заорал Спайк и швырнул следом еще и консервную банку, в которую время от времени стряхивал пепел, если вспоминал об этом. Ангел снова увернулся и вскочил на ноги, на случай, если разъяренному вампиру придет в голову перейти к физическому воздействию. Но Спайк, похоже, драться не собирался; Ангел вдруг припомнил, что он вообще еще ни разу не попытался его ударить. Берег свою собственность? Не желал марать рук?
Ангела слегка замутило от гнева. Даже думать о том, что он теперь принадлежит Спайку, было невыносимо – а уж чувствовать себя при этом полностью беспомощным… Ангел несколько раз глубоко вздохнул и вспомнил, о чем именно он думал, прежде чем завести со своим хозяином разговор.
– Спайк? – позвал он; тот, быстро отойдя от вспышки ярости, опять сидел за столом, снова углубившись в свои явно не слишком веселые мысли, и что-то задумчиво вычерчивал зажатым в пальцах окурком на столешнице, которая, судя по виду, выносила и не такое обращение. Ангел с тоской припомнил недорогие, но всегда тщательно отполированные столы в своем агентстве; заставить Корделию привести что-либо в порядок не стоило и пытаться, так что он натирал их полиролью и воском сам, когда оставался один, и его эта монотонная и скучная работа никогда не раздражала, а лишь дарила успокоение.
– Чего тебе еще? – сумрачно отозвался вампир, не поднимая глаз.
– У тебя есть что-нибудь поесть? – Ангел изобразил на лице кривоватую неловкую ухмылку; впрочем, для этого даже стараться не пришлось – достаточно было представить, что он всерьез униженно просит у Спайка еду. – Ребра срастаются плохо…
Тот некоторое время внимательно изучал Ангела, который для убедительности даже ссутулился, потом молча встал, вытащил из замызганного холодильника в углу два пакета с красным содержимым и плюхнул их на стол.
– Я только стул себе принесу, - пообещал Ангел и неторопливо направился в соседнюю комнату. Там он еще раз осмотрел все, что в ней находилось – нет, все же в первый раз он ничего не упустил, – прихватил стул, с сожалением решив, что тот все же слишком легкий, и вернулся в гостиную.
– Ешь, что ли, - рассеянно велел Спайк, сам не притронувшийся к крови, зато снова смолящий очередную сигарету. Ангел кивнул, приблизился к столу, бережно неся стул перед собой, на секунду задумался и с размаху расколотил его о белобрысую голову.
Спайк отлетел к стене, как тряпичная кукла, бессильно уронив руки. Стукнулся головой о стену, попытался удержаться на ногах, но Ангел уже был рядом.
– Ты…. Ты же не можешь… - прохрипел белобрысый вампир; на стене, куда прижимался его затылок, оставались красные размазанные полосы, но меньше всего Ангел был расположен к жалости. – Не можешь…
Он замолчал, – пластиковая ножка от бывшего барного стула передавила ему горло и притиснула к стене, не давая упасть.
– Не могу, это верно, - быстро пробормотал Ангел, заглядывая в суженные от боли глаза. – Но я же тебя пальцем не касаюсь… неудачник.
– Вот…же пе…дик, - выдавил из себя Спайк, бешено усмехаясь, и рванулся; Ангел с трудом удержал себя от того, чтобы просто не передавить этому сумасшедшему глотку.
– Когда ты в следующий раз откроешь рот, я хочу услышать только обещание немедленно снять с меня эту дрянь, - предупредил он. – Больше ничего. Конечно, если тебе еще дорого твое горло.
Его захлестывала ледяная, как вода арктических океанов, ярость и решимость. Конечно, с прежних времен он помнил, что Спайка почти невозможно заставить что-то сделать против воли, тем более – заставить при помощи боли. Но сейчас Ангел был готов пойти на все, чтобы только получить свободу, и единственное, что еще заставляло его обращаться к спайковой доброй воле, так это опасение, что при гибели хозяина что-то может случиться и с его собственностью. Мало ли что еще могло взбрести в голову устроителям аукциона и любителям дешевой бижутерии; они вполне могли решить обезопасить своих клиентов от возможных выходок товара, вроде той, что сейчас учинил Ангел, припомнив опыт многочисленных царьков и князей. Тех, что волокли с собой в могилу рабов и челядь. Следовать на тот свет за крашеным подлым недоразумением Ангелу казалось идеей несправедливой, только поэтому он еще и возился с наглецом.
– Так как? – Ангел прижал сильнее, с садистским удовольствием ощущая через кусок пластика хрупкость всего этого дыхательного и говорящего устройства; больше всего он жалел, что не может позволить себе сжать горло давнего врага голыми руками. – Что ты хочешь мне сказать?
Он чуть-чуть ослабил давление. Спайк мотнул головой и что-то просипел.
– Что? – Ангел придвинулся ближе, слегка отодвинул самодельное оружие от шеи жертвы и повторил: – Что ты хочешь мне сказать?
Спайк хрипло закашлялся, снова мотнул головой, будто расправляя смятые голосовые связки, и скривил рот в презрительной гримасе. Ангел напрягся, готовый снова притиснуть несговорчивого вампира к стене и повторить вопрос.
– Что я хочу тебе сказать? – передразнил он Ангела надсадным шепотом и сверкнул глазами. – Что мы сейчас сгорим, придурок!!!
Ангел дернулся и обернулся – как раз вовремя, чтобы увидеть, как огненная дорожка из занявшегося мусора подбирается к его ногам.
Потушить пожар удалось быстро, хоть и не без труда – в какой-то момент Ангел перепугался не на шутку и решил, что им обоим пришел конец. Обоим – потому что Спайк тоже не спешил сбегать из квартиры, скакал в клубах едкого дыма рядом с темноволосым вампиром и прилежно затаптывал юркое пламя военными высокими ботинками. Ангел так рисковать не мог, – его брюки дважды рисковали вспыхнуть не хуже обрывков обоев и газет, и приходилось сбивать пламя еще и с себя; в суматохе он как-то мимоходом подумал, что зря в свое время не перешел на такую вот универсальную форму одежды, как у Спайка. И недорого, и прочно, и смотрелось бы на нем неплохо… Он пообещал себе подумать об этом позже – когда они, наконец, потушат пожар, и он вернется в свой офис. Который находится в абсолютном порядке и потому не пылает, как спичка, от случайного окурка.
Он вдруг осознал, что тушить больше нечего. Квартира плавала в клубах едко-коричневого дыма, который милосердно скрывал нанесенный огнем ущерб; Спайк столько бы не накурил даже за неделю. Сам виновник пожара, тяжело дыша, стоял на одеяле, которым забивал особо крупный очаг пламени – видимо, остатки пластикового стула, – и выглядел, в общем-то, целым и невредимым. Можно было начинать сначала прерванный разговор, – Ангел был уверен, что тут можно отыскать что-нибудь еще, чем можно припереть вампира к стенке…
Он огляделся по сторонам, тяжело вздохнул и тут же закашлялся от горького дыма, радостно рванувшегося в легкие; ну и что, что дышать ими Ангелу было необязательно, разъедать их дым разъедал, не делая скидок на функционирование.
Еще раз задумчиво посмотрел на перемазанного сажей Спайка, – тот ответил настороженным взглядом, не без оснований ожидая от непокорного приобретения какой-нибудь подлости, – и уверенно направился к почти не пострадавшему столу. Уже без всякого спросу ухватил один из пакетов крови, кое-как надорвал уголок ногтями, пролив на столешницу вязкую лужицу и припал к дырке. Как бы то ни было, а усталость, раны и выплеснувшийся адреналин требовали возмещения – даже если предлагалась всего лишь донорская холодная и не слишком свежая кровь. Краем глаза он заметил, что Спайк последовал его примеру, – все-таки и блондину сегодня тоже досталось.
Пакет закончился прискорбно быстро. Ангел кинул пустую упаковку на стол, подумал и стер пальцем со стола капли, тоже отправив их в рот. Спайк наблюдал за его действиями так же подозрительно, не сводя с него глаз, даже когда отпивал из пакета.
Что ж, с наскока взять внезапно разбогатевшего Спайка не получилось. Конечно, виной было простое невезение, несчастный случай, но Ангел решил, что это даже к лучшему. Неизвестно, чем закончился бы их разговор: в добрую волю пришпиленного к стене Спайка он был не слишком настроен верить, скорей, Спайк предпочел бы соврать и посмотреть, что из этого выйдет. Значит, оставался план Б: по мере возможностей выкачать из хозяина – Ангела опять передернуло – как можно больше информации об аукционах, при этом не провоцируя его на крайние меры вроде отдачи магических приказаний, а потом придумывать что-нибудь еще.
Опять же оставались Корделия с Уэсли, если, конечно, англичанин еще не сбежал в дальнейших поисках приключений… В любом случае, Корделия попробует отыскать следы своего работодателя; если уж совсем зайдет в тупик, позвонит Баффи… Терять надежду, решил Ангел, было еще рано.
– Поговорим? – предложил темноволосый вампир. Оглянулся в поисках стула – тот, что он принес, чтобы опробовать свою теорию на практике, превратился в лужицы чего-то темного и дурно пахнущего, так что пришлось взять тот, на котором рассиживал Спайк. Под его удивленным взглядом Ангел подтащил стул к себе и попытался устроиться на нем с самым независимым видом, на который только был способен.
Попытка провалилась с треском, причем в прямом смысле слова. Справедливости ради стоило заметить, что трещал все же стул, а проваливался на пол в окружении обломков сам Ангел; звуковое оформление было дополнено еще и вырвавшимися у него от неожиданности словами, к литературному английскому отношения не имеющим. Спустя несколько мгновений к этому присоединился и звонкий хохот сложившегося пополам Спайка.
– Какого черта ты не купишь себе нормальную мебель? – взбеленился сидящий на полу Ангел. Падать было мало того, что больно, но еще и унизительно.
– Чем тебя эта не устраивает? – Спайк, отсмеявшись, влез на край стола, свесив ноги, и с нескрываемым удовольствием наблюдал за неловко возящимся на полу среди обгоревшего мусора Ангелом.
– Сколько тебя помню, вечно ты живешь в каких-то обломках и развалинах, - огрызнулся тот, разом позабыв о своем намерении не злить Спайка, и поднялся на ноги. Отряхивать брюки на глазах у светловолосого вампира означало только сильней его развеселить, но выхода у Ангела все равно не было. Не стоять же перед ним в пепле и пыли…
– Зато ты всегда устраиваешься на полную катушку, да, родич? – Спайк изогнул бровь и слегка наклонил голову. – Меня вот всегда интересовало, откуда у тебя были деньги на такое житье-бытье?
– Я честно зарабатываю… - взвинченно начал было Ангел, скрещивая на груди руки, но его прервало презрительно хмыканье:
– Ты работаешь меньше чем полгода, не надо мне заливать. А до этого? Что-то я не припомню, чтобы ты ходил на службу в Саннидейле… Разве что твоя блондиночка тебе приплачивала?
– Блондиночка? – Ангел опять прикусил язык, чтобы не наговорить лишнего, и произнес первое, что пришло в голову, чтобы не сорваться самому и не дать Спайку в своей язвительности проехаться по его отношениям с Баффи слишком уж едко. – Это ты о ком? А, о той, что тебе начистила задницу так, что пыль летела, да?
Спайк заметно помрачнел, но снова легкомысленно фыркнул:
– Ничего, скоро ей самой намылят шею, мало не покажется…
Вот теперь Ангел насторожился уже всерьез. Болтовня болтовней, но если Спайка из Саннидейла выгнало какое-то новое зло, вроде безумного мэра? Тогда это объясняет, отчего он такой злой и сумрачный, даже на себя не похожий…
На самом деле ничего это не объясняет, но разузнать все равно было нужно.
– Ты что-то знаешь? – Спайк неопределенно хмыкнул, похоже, успев пожалеть о своей болтливости. Ангел сжал кулаки и криво ухмыльнулся: – Брось, Спайки, если сказал «А», нужно говорить и «Б». Удиви меня.
Дальнейший рассказ Спайка его действительно удивил… и насторожил. Если белобрысый мерзавец не врал, то в Саннидейле творилось что-то немыслимое – какая-то военная организация, прекрасно информированная о демоническом мире города и более того, – всячески с этим миром борющаяся. До сих пор Ангел был убежден, что люди, верней, их большая часть, предпочитают не догадываться об окружающей их нечисти; если даже историю с мэром Уилкинсом, по словам Корделии, замяли, придумав какое-то нелепое объяснение… Между миром демонов и людей всегда стояла горстка добровольцев вроде него самого во главе с Истребительницей, и Ангел не был уверен, что добавлять к устоявшемуся противостоянию еще и военных станет хорошей идеей. Хотя…
– Чем они еще занимаются?
– Понятия не имею, - покачал головой Спайк и сунул руки в карманы плаща, сгорбившись едва ли не пополам. – Я сбежал, говорю же…
– А как это может угрожать Баффи?
–Ты идиот или притворяешься? – блондин снова вскинул изувеченную шрамом бровь. – Девочка обладает сверхсилой… знает про демонов больше, чем кто другой, метелит их направо и налево… Конечно, она им понадобится.
– Они уже знают о ней? – быстро спросил Ангел. Спайк пожал плечами:
– Прости, забыл у них узнать, перед тем, как уходил. Вообще-то ты слишком разговорчив для раба, не находишь?
– Прикажешь мне заткнуться? – саркастически поинтересовался сразу утративший душевное равновесие Ангел, тоже засовывая руки в карманы. – Ну давай, покажи свою силу… или как ты сказал? Ах да, власть надо мной, прости, забыл.
Спайк нехорошо сощурился, так, что Ангелу показалось, что он или ударит нахального раба, или действительно прикажет что-нибудь унизительное или болезненное. Но Спайк молча соскочил со стола, не глядя на Ангела, подошел к окну и осторожно сдвинул самодельную штору. За окном уже взошла луна. Он куснул себя за губу, словно принимая какое-то непростое решение, потоптался на месте и наконец, уверенно зашагал к выходу.
– Приберись тут, раз ты такой чистюля, - бросил он, прежде чем захлопнуть дверь.
В следующие полчаса Ангел костерил Спайка последними словами, сгребая в кучу пепел пополам с недогоревшим еще мусором и бумагой. На самом деле любой опыт был сейчас для него ценным – так, он выяснил, что магические приказы подразумевают только то, что имел в виду хозяин: чужая воля отпустила его сразу же, когда он просто собрал с пола мусор, и не стала настаивать даже на том, что Ангел бы сделал в первую очередь. Очевидно, такими были представления Спайка о чистоте…
-Вот теперь можно позаботиться и о прекрасном, - вслух подумал Ангел, швырнул ободранную швабру в угол и отправился на разведку.
Несколько минут он потратил на проверку выхода. Увы, подобраться к двери ближе чем на метр он не мог, открыть окно – тоже. Задумчиво покрутил в пальцах кольцо и впервые за долгое время пожалел, что не отражается в зеркалах – с серьгой что-то было не так, причем Ангел не мог даже самому себе объяснить, что именно. Просто на ощупь она стала выглядеть по-другому…
Обиталище Спайка выглядело удручающе, причем пожар, насколько успел заметить Ангел, его испортил не особенно. Кроме той комнаты, в которой Ангел пришел в себя, и гостиной, в квартире была еще одна спальня, из которой, видимо, Спайк и взял одеяло для пожаротушительных работ, и ободранная ванная, горячей воды в которой, видимо, не было несколько лет подряд. Ангел подумал, что для жилья Спайк выбрал дом, предназначенный на снос; оставалось только надеяться, что сносить его будут после того, как он отсюда выселится.
Телефона, само собой, не оказалось – после долгих поисков Ангел наткнулся только на два провода, несильно куснувших его током за пальцы, когда он попытался их вытащить. Оружия тоже не было – или оно было слишком хорошо припрятано; холодильник радовал глаз своей пустотой… Ангел мрачно подумал, что не в таком месте он планировал закончить свои дни, если Спайк вдруг решит не возвращаться. Больше делать было в общем-то нечего – разве что… Он тщательно сгреб весь собранный в кучу мусор и пепел, отнес его в спальню, в которой предположительно почивал светловолосый вампир и бережно ссыпал под обгорелое одеяло.
Он и сам не знал, когда заснул, но на какой-то момент, очевидно, все же задремал, потому что иначе вылитый на голову стакан воды не стал бы для него столь неприятной неожиданностью.
– Мать твою! – спросонья Ангел подскочил на диване, смахивая в волос и лица воду; Спайк, предусмотрительно отскочивший на пару шагов, непочтительно фыркнул. – Ты с ума сошел?!
– Еще раз такое устроишь, и в следующий раз это будет святая вода, - веско уронил Спайк; Ангел, немного придя в себя, не без злорадства заметил у того в волосах обгоревший кусочек бумаги; Спайк, видимо, проследив за его взглядом, поднял руку и стряхнул мусор. – Есть будешь?
Завтракали по-спартански. Целой мебели, пригодной для сидения, в квартире не осталось; Спайк, недолго думая, опять влез на стол, хорошо, что не с ногами, Ангел, немного подумав, последовал его примеру, забравшись на другой конец. Из бумажного пакета, торжественно водруженного на середину, Спайк извлек четыре пакета крови, одну начатую бутылку виски и пять пачек сигарет. Один пакет перебросил Ангелу, второй открыл зубами и принялся за еду.
Ангел мешкал. Не потому, что не хотел есть, – просто что-то было очень сильно не в порядке. Когда Спайк несколько часов назад хлопнул дверью, он был уверен, что тот отправляется на охоту; в том, что, вернувшись, вампир принес своему приобретению поесть тоже ничего странного не было. В конце концов, вряд ли он потратил пять с лишним тысяч, чтобы полюбоваться, как Ангел умрет с голоду, хотя совсем со счетов вампир такой вариант не сбрасывал. Но после удачной охоты вряд ли захочется донорской крови, и вряд ли Спайк просто решил составить Ангелу компанию, чтобы тому не было скучно…
– Спайк, - Ангел не торопясь сделал глоток. Он не был особо голоден, да и ушибы и ссадины успешно затянулись, пока он спал, – просто неизвестно, когда в следующий раз удастся поесть, особенно после разговора, который он собирался начать. На самом деле плевать, даже если Спайк будет считать его самым нудным вампиром в мире, - главное, что родственничек помаленьку теряет контроль над собой и начинает разговариваться… - Так зачем ты меня купил?
– Черт, Ангел, - тот поперхнулся и долго кашлял; Ангел с трудом подавил желание дружески похлопать его по спине… – Ты заткнешься или нет? Слушай, я…
– Нет, Уилл, - тихим голосом прервал его темноволосый вампир, наклоняясь к самому его лицу так близко, как только мог, едва не касаясь его кожи; Спайк изумленно молчал, часто моргая, и перебивать действительно не пытался. Был ли то еще где-то дремлющий в спайковых жилах авторитет старшей крови, или просто неповторимая харизма вампира с душой, Ангел не знал. Но сработать это могло только один раз, поэтому спешить было нельзя. – Это ты меня послушай. Я в жизни не поверю, что ты купил меня оттого, что в твоей берлоге было некому помыть окна или ты хотел полюбоваться на меня с веником в руках. Я немного знаю эту чертову карусель с аукционами – там покупают или телохранителей, или эскорт, или постельных игрушек, и если ты сейчас скажешь, что купил меня для постели, дай мне кол, и я убью себя прямо сейчас.
– Нет, фу, Ангел, черт, нет! - Спайк заморгал чаще и непроизвольно наморщил лоб, отчего стал похож на обиженного и перепуганного юнца; Ангел прикусил губу, чтобы не улыбнуться не к месту, и продолжил таким же размеренным тоном:
– В звезды Голливуда ты пока тоже не собираешься, Корделия бы знала… Так что я спрашиваю тебя, Уилл, от кого тебе понадобилась такая защита?
Спайк замялся, исподлобья глядя куда-то мимо Ангела; тому показалось, что вампир вот-вот заговорит.
В дверь вежливо постучали.
Если бы Спайк умел бледнеть, он наверняка бы с успехом это проделал, но поскольку вампирам бледность не грозила, он просто подскочил на месте.
– Кого-то ждешь к завтраку? – вкрадчиво поинтересовался Ангел, но на всякий случай насторожился – шутки шутками, но если Спайк боится кого-то до такой степени, значит, этот кто-то может оказаться опасным и для самого Ангела. Не говоря уже о том, что Спайку может взбрести в голову приказать своему слуге какую-нибудь очередную пакость. – Мне пойти открыть…масса Спайк?
– Да заткнись ты, наконец, хоть на минуту, - прошипел Спайк, соскакивая со стола; Ангел решил, что он вряд ли торопился приветствовать своего гостя, но прокомментировать это не смог – приказание сработало. – Тише!
Снова раздался негромкий стук. Спайк нервно обернулся на темноволосого вампира; тот криво ухмыльнулся и пожал плечами.
– Тише, - пробормотал Спайк самому себе и быстро осмотрелся по сторонам, – но все, что уцелело после пожара и хотя бы на первый взгляд годилось на роль оружие, было Ангелом уже осмотрено и забраковано. По-прежнему безмолвствующий Ангел удивился про себя, что у обычно предусмотрительного Спайка не было припрятано хотя бы ножа, и это в общем-то тоже укладывалось в стройную логическую цепь, нужно было еще чуть-чуть подумать…
От третьего удара вылетела дверь.
– Невежливо, Спайк, - с ухмылкой проговорил татуированный вампир, весь увешанный колечками разного размера. – Когда стучат, нужно открывать. Не нужно прятаться. Пригласишь меня войти?
Не дожидаясь ответа от молчащего и не сводящего с него глаз Спайка, он шагнул через порог и снова широко улыбнулся:
– Ты же не человек, верно? Хотя все равно мог бы пригласить…тем более, у тебя все равно гости.
– Сегодня еще не срок, - немного пришедший в себя Спайк привычно сунул руки в карманы, вздернул подбородок, искривив губы. – Ты пришел рано.
– Знаю-знаю! – прибывший вскинул руки ладонями вверх. – Меня прислали проверить, не решил ли ты покинуть город. Знаю, сама мысль, что Уильям Кровавый может сбежать, не расплатившись, оскорбила меня до глубины души… которой, впрочем, нет… но я прошу прощения, что мой босс плохо о тебе подумал. Я сразу сказал ему, что Спайк – не тот парень, что будет юлить и хитрить. Слово Спайка железно и нерушимо.
Ангел облизнул губы и попытался свести услышанное воедино, а главное – решить, чем это грозит лично ему. Склонный к шуткам вампир явно был чьей-то пешкой, значит...
– Не буду мешать, - предмет ангеловых мыслей слегка наклонил голову в полупоклоне. – Вижу, ты все помнишь, так что… До встречи.
Он вытащил из кармана заостренный кол и аккуратно положил его на пол, после чего бесшумно вышел.


@темы: Фанфики: проза, Спангел, Слэш, Ангел: 1 сезон

Комментарии
2012-02-04 в 21:14 

Falchka
Пунктуационный маньяк
читать дальше

2012-02-04 в 21:14 

Falchka
Пунктуационный маньяк
читать дальше

2012-02-04 в 21:15 

Falchka
Пунктуационный маньяк
читать дальше

2012-02-04 в 21:15 

Falchka
Пунктуационный маньяк
читать дальше

2012-02-05 в 12:49 

Douglas
Хорошо :)

2012-02-05 в 19:43 

хотелось бы продолжение узнать. интересный фанфик получился у автора :hlop::woopie:

2012-02-06 в 17:32 

Falchka
Пунктуационный маньяк
Douglas,
Bastet101,
спасибо за отзыв:)
Продолжение вычитывается, вторая часть скоро будет.

2012-02-07 в 17:50 

а сколько всего будет частей?

2012-02-07 в 18:09 

Falchka
Пунктуационный маньяк
Bastet101,
три.

2012-02-14 в 22:05 

Спасибо. Будем ждать )))

2012-09-09 в 15:03 

Самое нежное из чувств
*-Да, детка, я - король ящериц!*
Здорово))))С довольствием прочитаю продолжение)))

2012-12-25 в 01:25 

Спайк
Ищу тебя. Где ты?..
ох... соскучилась по ним так...) Хочу проду))

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

cообщество сериалов "Баффи" и "Ангел"

главная